Е. Г. Манушкина, Иркутский областной краеведческий музей

История формирования фотоколлекций ИОКМ тесно связана с историей музея. Необходимо отметить, что музей в Иркутске существует с 1782 г. Он был первым на территории Азиатской России. «Музеум», как его тогда называли, был открыт благодаря стараниям Иркутского губернатора Франца Николаевича Клички, который был назначен на эту должность императрицей Екатериной II указом от 24 октября 1778 г. 3 декабря 1782 г. было построено огромное по тогдашнему времени трёхэтажное каменное здание публичной библиотеки, и при ней основан «музеум», в котором предполагалось сохранять и собирать все естественные произведения этого края, иметь модели разных земледельческих орудий, физические инструменты, модели судов, употреблявшихся в Охотском море и озере Байкал.

Уже в начале XIX в. сведения об Иркутском «музеуме» и его коллекциях доходят до Западной Европы. Многие посетители любовно называли его «Сибирской Кунсткамерой», тем самым подчеркивая ценность его коллекций и связь с первым российским музеем – Кунсткамерой в Санкт-Петербурге.

При устройстве публичной библиотеки и музея губернатором Ф. Кличкой собственноручно была написана справка о создании библиотеки и музеума («предъуведомление»), записаны имена жертвователей и изложены правила пользования этими учреждениями. Среди ста с лишним фамилий лиц, пожертвовавших на создание библиотеки и музея свои средства, книги и коллекции, значатся член-корреспондент РАН А. Карамышев, иркутские купцы М. Сибиряков и Г. Шелихов, старейшины бурятских родовых групп, чиновники и представители духовенства.

Ф. Кличка поручает академику Э. Лаксману и другим «собрать в сей же книгохранительнице насколько возможно, все находящиеся в губернии ископаемые, растения и животные», подкрепляя это пожелание собственным примером: «основание тому положил я сам, внеся в книгохранительницу все у себя находившееся разных пород земли, камни соли, горючести и металлические руды, поручив при том одному любителю учёности, по отбытии моем от сюда, дополнить мало-по-малу до совершенства cиe мое, клонящееся к общественной пользе, заведение».¹ И хотя Э. Лаксман до отъезда Ф. Клички ещё не проживал в Иркутске, он постоянно высылал последнему свои образцы минералов, горных пород, ботанические и зоологические коллекции с подробными описаниями и комментариями. Коллекции Э. Лаксмана, как и самого Ф. Клички, не только пополняли Иркутский «музеум», но и направлялись в Академию наук, Кунсткамеру и лично императрице Екатерине II.

Ф. Кличка, как писали впоследствии, «оставил в Иркутске по себе славу доброго и справедливого начальника. Помогал сиротам и неимущим, поощрял торговлю и словом, благоразумием, добротою и благонамеренностью напечатлел в сердцах иркутских жителей надолго о себе славное воспоминание». ²

Вскоре после отъезда в 1783 г. Ф. Клички из Иркутска, 27 декабря того же года, состоялась торжественная церемония по случаю получения губернией нового статуса. Теперь она стала называться Иркутское наместничество, что повлекло за собой заметный приток чиновного люда, в присутственных местах стало тесно. Поэтому новый губернатор И. Якоби повелел перевести «музеум» и библиотеку в помещение городской школы, а читальный зал и экспозицию отдать под присутственные места.

Лишившись в 1789 г. собственного здания, музей постепенно превращался в кабинет школьных наглядных пособий. В 1786 музей поступает в ведение Главного народного училища, преобразованного в 1805 г. в губернскую гимназию. По свидетельствам того времени видно, что Иркутский «музеум», подобно петербургской Кунсткамере, был обладателем универсальной по характеру коллекции. Мы не знаем, как эта коллекция экспонировалась. Можно лишь ручаться, что почти всё собрание было открыто для всеобщего обозрения.

Каким образом пополнялись коллекции музея? Об этом мы располагаем лишь отдельными, фрагментарными, но, тем не менее, интересными сведениями. 9 января 1792 г. маркшейдером Губановым прислана в подарок коллекция минералов, собранная им на Барнаульских рудниках. В 1795 г. уникальные экспонаты пожертвовал музею купец С. Киселев. Среди них «две алеутские птичьи парки, алеутскую шляпу, каменный алеутский топор, белого соболя, китайские сапоги с чулками и три книги бухгалтерии». Бывший гражданский губернатор А. Толстой принёс в дар музею «голову мамонта с клыками». «24 марта 1804 г. доставлено в училище собрание раковин 860 штук и минералов 300 штуфов или кусков, купленное по высочайшему повелению на средства казны у вдовы академика Э. Лаксмана за три с половиной тысячи рублей».³

В 1805 г., с открытием Иркутской губернской гимназии, коллекции поступили в ведение последней, причём учреждение это было названо «музеем». Коллекция музея «оценивалась приблизительно в 4000 р.» и включала: «штуфов 1096, раковин 940, чучел 10, математических и физических инструментов 5, моделей 15, эстампов 28, одежд сибирских народов 7, сивучье горло 1, бердыш старинный 1».⁴

К 1825 г. собрание Иркутского музея состояло из шести кабинетов: минералогического, раковинного, физического, энтомологического, нумизматического и кабинета редкостей. Таким образом, в первых четырёх кабинетах хранились естественнонаучные коллекции, в остальных – исторические реликвии. Они служили наглядными пособиями для гимназистов; были доступны для осмотра всем желающим, т.е. выполняли присущую всем коллекциям просветительную миссию.

В 1850 г. музей возрождается при Главном управлении Восточной Сибири как «постоянный музеум с выставкою при нем произведений природы, искусства и разного рода промышленности».

Расцвет Иркутского музея, превращение его в центр по изучению Сибири и сопредельных территорий, в научное хранилище и просветительное учреждение связаны с открытием в Иркутске по инициативе генерал-губернатора Н. Муравьева-Амурского в 1851 г. Сибирского отдела Русского географического общества (СОРГО), в ведение которого в 1854 г. был передан музей Главного управления Восточной Сибири. С передачей музея Географическому обществу его коллекция начинает интенсивно пополняться и вскоре становится крупнейшей в Сибири.

Хранение фотографий – одно из самых многочисленных хранений Иркутского областного краеведческого музея, насчитывающее 94 тысячи экспонатов. Это фотографии, почтовые открытки, слайды, негативы, стеклонегативы, диапозитивы. Фонд уникален по своему содержанию, качеству хранящихся материалов. В них отражена история Байкальской Сибири со второй половины XIX в. до наших дней.

В конце 1850-х – начале 1860-х гг. в городе открываются и первые фотографические заведения, принадлежавшие А. Ф. Гофману, И. Д. Мальмбергу, В. А. Динессу. Практически в это же время первые фотографии стали поступать в музей от иркутских фотографов. К сожалению, эти фотографии не сохранились. В 1879 г. в Иркутске случился пожар, который уничтожил большую часть города, в том числе здание музея и более 22 тысяч уникальных экспонатов. Погибла богатейшая библиотека, насчитывавшая к этому времени более 10 тысяч книг.

Иркутяне уже не представляли свой город без музея: от частных лиц и организаций стали поступать разнообразные коллекции, книги для библиотеки, денежные пожертвования. Большую помощь оказали научные учреждения России: Академия наук, Вольное экономическое общество, Главная физическая обсерватория, Общество московских натуралистов и другие. По инициативе генерал-губернатора Д. Анучина был организован сбор средств на строительство нового каменного здания музея, спроектированного архитектором бароном Г. Розеном, и 6 октября 1883 г. состоялось его торжественное открытие.

В результате экспедиций членов Восточно-Сибирского отдела географического общества по Иркутской губернии, Якутскому краю, Забайкалью, Монголии, Китаю в 80-90-е годы XIX в. были собраны ценнейшие естественно-научные коллекции, а также коллекции по этнографии, археологии, антропологии. Одновременно фонды музея пополнялись фотографическими снимками. Фотографы Иркутска особое внимание уделяют истории города – на фотографических снимках можно увидеть общие виды города, изображение улиц, зданий, культовых памятников, жителей г. Иркутска, в фотографиях нашлось место и музею с его экспозициями.

Другой большой раздел составляют фотографии, сделанные в экспедициях. Они характеризуют быт, культуру народов, проживающих на исследуемых территориях. Многие сотрудники ВСОРГО освоили фотодело и успешно применяли его в своей работе, членами ВСОРГО становились и уже состоявшиеся фотографы. Их работы по праву можно считать одними из самых ценных в собрании ИОКМ. В этом докладе мы коснёмся некоторых из них.

В 1873 г. начинают обучаться фотографическому искусству польские ссыльные, члены ВСОРГО Дыбовский и Годлевский. От Дыбовского в музей через некоторое время поступают фотографические коллекции «предметов палеонтологии». В 1880-е годы членом и фотографом ВСОРГО становится иркутский фотограф В. А. Динесс. По поручению музея Динесс выезжает в самостоятельные экспедиции по Восточной Сибири. В 1883 г., после отъезда Динесса из Иркутска, его фотографическое заведение занимает бывший польский ссыльный П. А. Милевский. Петр Адамович занимается портретной фотографией, судебной съемкой. Во второй половине 1880-х гг. он становится фотографом отдела. По заданию музея Милевский путешествует по Восточной Сибири, Забайкалью, занимаясь этнографической съемкой коренного населения. В 1889 г. музей организовал выставку буддийских предметов, на которой среди различных предметов буддийского культа экспонировались и фотографии П. А. Милевского, а также бывшего иркутского фотографа В. А. Динесса. На 23 фотографии в 1921 г. была составлена коллекционная опись. Из них семь фотографий, запечатлевших бурят Хоринского ведомства Забайкальской области, и одно фото с бурятскими бурханами в Онинском дацане выполнены В. А. Динессом. Тринадцать фотографий бурят, монголов, бурханов, праздника Цам, сделанных П. А. Милевским, сохранились в фондах ИОКМ.

В 1891 г. П. А. Милевский по заданию ВСОРГО был откомандирован для съемки событий, проходивших в Сибири во время приезда наследника цесаревича Николая (будущего императора Николая II). Фотограф побывал во многих населенных пунктах и городах Сибири, фиксируя сцены приезда, встречи наследника, посещение им различных учреждений и заведений. Одновременно Милевский фотографировал и архитектурные памятники тех мест, где побывал.

В середине 1890-х гг. по заказу библиотеки ВСОРГО Милевский делает серию фотоснимков Иркутска. Милевский запечатлел десятки зданий, где размещались учебные и благотворительные заведении (училища, институты, приюты, воспитательные дома). Сделал фотографии торговых домов и фирм иркутских купцов. Фотографии банков, телеграфа, почт, библиотек, магазинов, гражданских и военных учреждений, улиц, площадей. Запечатлел фотограф и памятники храмового зодчества, в некоторых из них заснял внутренний вид. Сотни фотографий Милевского, посвящённых гражданской и храмовой архитектуре Иркутска, являются ценным источником при реставрации этих памятников в настоящее время.

В фондах ИОКМ имеется большое количество фотографий конца XIX в., имеющих на паспарту и самом изображении надпись: «фотографии Н. А. Чарушина. Город Троицкосавск». Особенно многочисленна серия фотографий типов и видов Монголии. Они были переданы в музей самим Н. А. Чарушиным. Кроме того, имеются и другие снимки, сделанные Н. А. Чарушиным, – виды Забайкалья, в частности Гусиноозерского дацана, и семь фотографий общих видов и отдельных зданий г. Иркутска конца XIX в.

Николай Аполлонович Чарушин был рядовым участником революционного народнического движения 70-х годов XIX в. С 1878 по 1881 гг. отбывал каторгу в Забайкалье, на Каре. С 1881 г. находился на поселении сначала на давенденских приисках, затем в городе Нерчинске. В Нерчинске Н. А. Чарушин начал осваивать фотодело, помогая А. К. Кузнецову, который тоже находился на поселении и имел свою фотографию, что позволяло ему жить безбедно. Н. А. Чарушин освоил фотографию и был готов к открытию своего фотоателье, и, чтобы не составлять конкуренцию А. К. Кузнецову, летом 1886 г. он с семьей переезжает в Троицкосавск, где открывает свою фотографию. Осенью 1886 г. в Кяхту прибыли из своего третьего путешествия в нагорья Тибета и центральную Монголию супруги Потанины со своим спутником, топографом Скасси. Чарушины познакомились и подружились с Потаниными и пригласили их к себе пожить. Г. Н. Потанин, только что возвратившись из экспедиции, строил планы новой экспедиции в Ургу, где намеревался продолжить этнографические разыскания. Он пригласил Н. А. Чарушина в качестве фотографа для выполнения антропологических снимков, а также и снимков монгольских монастырей и других характерных достопримечательностей Монголии. Получение разрешения на выезд за границу для Чарушина Потанин взял на себя. Экспедиция состоялась в 1888 г., в ней приняли участие трое: Г. Н. Потанин, Н. А. Чарушин и И. Ф. Федоров.

Ургу, столицу северной Монголии, Н. А. Чарушин запечатлел на своих снимках. Он пишет в воспоминаниях: «Оригинальной первобытностью, гармонирующего с бытом кочевого народа повеяло и от его столицы. Основными постройками собственно монгольского города были те же войлочные юрты, что и в остальной Монголии; изредка небольшие деревянные постройки вроде наших курных бань внутри маленького четырехугольника, окруженного высоким частоколом. Среди этих жалких построек резко выделялось белое здание тибетской архитектуры – храм Майдари и некоторые другие кумирни да дворцовые постройки богдо-гегена».⁵

«Монгольская Урга – это, в сущности, значительнейший в Монголии монастырь, где из пятнадцатитысячного монгольского населения – десять тысяч лам».⁶ Поэтому, не случайно, что основное количество снимков с видами Урги занимают монастыри и культовые сооружения. В 1889 г. в Книгу поступлений №1 (1879-1896 гг.) под №1195 было записано 40 фотографических снимков видов города Урги, поступивших от Н. А. Чарушина в музей ВСОРГО, и 25 из них – виды монастырей и культовых памятников.

Монголия вела довольно значительную торговлю с Россией и Китаем, причём почти вся она была сосредоточена в руках китайских и русских купцов. «Здесь же расположились немногочисленные русские фактории, ведущие торговлю с Монголией и Китаем».⁷ Мы находим 8 изображений, связанных с торговлей чаем и русскими купцами. Это «Дом купца Воробьева», «Дом купцов Коковина и Басова», «Внутренность чайного склада Коковина и Басова», «Телеги чайных возчиков», «Бухеки, передвижные базарные балаганы», «Общий вид Ургинского базара».

«А там, дальше, в верстах двух от монгольского города, на возвышенном месте, широко раскинулось русское консульство с флигелями и надворными постройками, во главе которого стоял кяхтинец Шишмарев, знаток Монголии, пользовавшийся большим влиянием в стране».⁸ Мы имеем два фото – «Общий вид русского консульства» и «Главный корпус русского консульства».

Кроме того, в музее есть 44 снимка «типов» Монголии, т.е. антропологические снимки жителей этой страны. Они были зарегистрированы в 1890 г. в Книге поступлений №1 под №1309 как поступившие от Н. А. Чарушина.

О том, как приходилось выполнять эту работу, Николай Аполлонович пишет следующее: «Первоначально основная работа наша – антропологические снимки монголов – шла очень туго. Дело в том, что фотография в Монголии была делом невиданным, и против нее существовало серьезное предубеждение. По мнению монголов, каждый, позволивший сфотографировать себя, тем самым утерял власть над своей душой. Не мало усилий стоило поэтому, особенно в первое время, изменить это убеждение. Не помогало даже и обещание им того или другого вознаграждения. Наконец, нашлись из знакомых Потанина смельчаки, решившиеся на эту опасную операцию. Пример оказался заразительным, за ними последовали другие. К концу нашего пребывание в Урге, несмотря на все препятствия, мне все же удалось составить весьма значительную коллекцию антропологических снимков монголов, вполне удовлетворившую Потанина».⁹

Во время своего пребывания в Монголии Чарушин с помощником побывал на празднике Цам, праздник проходил в верстах семи-восьми от города, в огромной долине, куда съезжалось до двухсот тысяч человек со всех концов Монголии. Выезжал на этот праздник и сам богдо-геген со своей свитой. «Цам, напоминающий некоторыми своими сторонами олимпиады, где видную роль играли различные состязания и скачки, в которых принимали большое участие лошади богдо-гегена из его многочисленных табунов».¹⁰ В фондах имеется три снимка этих событий «Скачки близ Урги. Коновязи для бегунцов из табунов богдо-гегена», «Скачки близ Урги. Общий вид стана на скачках», «Один из таборов на скачках».

После экспедиции Чарушин с помощником приступил к подготовке альбомов ургинских снимков, чтобы послать Русскому географическому обществу, его иркутскому отделению, Московскому и Томскому университетам.

В газете «Восточное обозрение» №42 за 1888 г. сообщается: «Поездка правителя дел Г. Н. Потанина, совершенная им прошлым летом в Ургу, доставила в отдел значительное собрание предметов буддийского богослуженияГ-ну. Потанину сопутствовал фотограф г-н Чарушин, который вскоре доставил в отдел большой альбом ургинских видов и типов». Чарушин жил за счёт фотографии – он активно продавал свои снимки. После поездки Чарушин неоднократно даёт объявления в газете о том, что в фотографии Н. Чарушина имеются в продаже этнографические типы Монголии, снятые во время экспедиции Г. Н. Потанина в Ургу в 1888 г. В фондах музея имеется около 108 снимков Н. А. Чарушина, и большая часть была сделана в Монголии. Все работы отличаются высоким профессионализмом, характеризуют Чарушина как фотографа разносторонних интересов, желающего отразить в своих снимках особенности края, в котором ему пришлось жить.

Одним из результатов Якутской (Сибиряковской) экспедиции (1894 – 1896 гг.) стали фотографии В. И. Иохельсона. В. И. Иохельсон во время пребывания в десятилетней ссылке в Якутске увлёкся изучением материальной и духовной культуры коренных народов. Это увлечение было настолько серьёзным, что его как ученого и знатока края, пригласили участвовать в работе Якутской (Сибиряковской) экспедиции Восточно-Сибирского отделения Императорского Русского географического общества (1894 – 1896 гг.), организованной на средства И. М. Сибирякова.

Обследование Колымского края Иохельсон проводил вместе с В. Г. Богоразом. Исследуемая территория была поделена между ними следующим образом: «В. Г. Богораз соглашается со сделанным мной ему предложением относительно разделения между нами районов для исследования. А именно я возьму на себя Якутский улус (в округе один улус) и Верхнее-Колымскую часть округа с юкагирскими и ламутскими родами; В. Г. Богораз – русское население по Колыме и Нижнее-Колымскую часть округа с чукчами, чуванцами и некоторыми тунгусо-ламутскими родами».¹¹

В программу своих исследований Иохельсон включил такие задачи, как сбор историко-географических сведений о крае, сбор материала по жилищу и орудиям труда, одежде, пище, промыслам, нравам, обычаям, языку и верованиям народов, а также изучение физического типа коренных жителей. Эти задачи частично решались и через фотографическую съемку, которую ходе экспедиции, в основном, проводил В. И. Иохельсон. «Я настолько уже успел в занятиях фотографией, что могу надеяться, что у меня не повторятся неудачи, испытанные на Колыме, как мне сообщает г. Богораз, И. Д. Черским и , у которых изображения совершенно не получились».¹² «У меня теперь нет ни одной пластинки (У Богораза есть 3 дюжины, но у него фотография не удалась и для его работы я сделаю снимки)».¹³ Фотографический аппарат Иохельсону достался от Д. А. Клеменца – в письме от 17 мая 1894 г. к правителю дел ВСОИРГО Я. П. Прейну Иохельсон пишет: «… камера у меня есть Дмитрия Александровича. Объектив представляется возможным тут приобрести. Пластинки и другие принадлежности я выпишу сам…».¹⁴ Снимать в полевых условиях было достаточно сложно, а хранить и перевозить все фотопринадлежности и того сложней: «осенью на Колыме у меня разбился карбас, и подмочилась часть фотографических принадлежностей» – пишет Иохельсон в письме в ВСОИРГО 3 января 1896 г.¹⁵

В «Приложении к Предварительному отчету об исследованиях инородцев Колымского и Верхоянского округов» В. Иохельсона, который был прочитан на заседании распорядительного Комитета Восточно-Сибирского Отдела Императорского Русского Географического Общества 6 октября 1897 года, в перечне собранных Иохельсоном материалов упоминается «400 фотографий: антропологические снимки в фас и профиль, снимки этнографические, бытовых сцен, видов надземных гробниц и т.д.».¹⁶

24 августа 1921 г. в Книге поступлений №1, часть 2 (1897 – 1921 гг.) под №5466 были зарегистрированы «Колымские фотографии Иохельсона». На 199 фотографий была составлена коллекционная опись регистратором О. Толстихиной. Из 199 записанных фотографий на данный момент в наличии есть 165, из 129 выполнены самим В.Иохельсоном.

Среди них в фонде хранятся 57 антропологических снимка юкагиров, ламутов, якутов, тунгусов. Одиннадцать изображений древних захоронений, из них 5 видов, судя по подписям на фото, юкагирских могил, 3 вида эвенкийских могил, 2 вида ламутских захоронений и одно якутское захоронение. На 19 изображениях представлены жилища и хозяйственные постройки.

Другую группу фотографий можно отнести к теме «Средства передвижения», всего 13 изображений. Следующую группу составляют фотографии по рыболовству и охоте. В ИОКМ находится семь изображений, связанных с темой рыболовства. Общие виды поселений представлены 7 снимками, из них 2 снимка селения Казачье на р. Яне; 2 снимка Средне-Колымска, 1 – Рыболовный поселок со стороны р. Прорвы, 2 – Селение Индигирских мещан в Рус. Устье. Природа Колымского края отражена на 7 изображениях рек Лены, Коркодона, Колымы; озер Солнцева, Безымянного.

Во время работы экспедиции в музей ВСОИРГО Иохельсоном было отправлено 14 фотографий вместе с отчётными письмами о ходе проводимых исследований. В письме от 2 мая 1895 г. Иохельсон отмечает: «При этом сообщении прилагаю для музея отдела 2 снимка арангаса, один в большем (1/22 натуральной величины), другой в меньшем виде, и 2 фотографии для пересылки нашему жертвователю И. М. Сибирякову, если, конечно, отдел найдет это уместным».

Письмо от 15 января 1896 г.: «Как образчик своих фотографических работ я прилагаю при сем 5 снимков. №№1-3 антропологические снимки:

№1 – самые знатные лица Ушканского юкагирского рода – князь и кузнец; №2 – наиболее красивые девушки рода; №3 – молодые юкагирские парни; №4 – детский арангас; №5 – уродливый рост лиственницы на берегу р. Нелемной, причем крендель хребтом обращен к югу. Может быть этот снимок заинтересует правителя дел Отдела Я. П. Прейна».¹⁷

Письмо от 25 июля 1896 г.: «Прилагаю также 4 снимка. №1 – омокская могила; №2 – древняя могила на Колыме, против заимки Жиркова; №3 – русско-юкагирский поселок «Колымская Тоня» против устья Омолона; №4 – мои учителя: тунгус (старик) и верхне-колымский юкагир Долганов. Он со мной и едет одним из гребцов. Я мечтаю взять его с собой в Якутск. Он был мне в высшей степени полезен как переводчик, кроме того, что мы постоянно упражняемся на юкагирском, это настоящий полиглот. Кроме своего языка он знает по-якутски, по-ламутски и несколько по-русски».¹⁸ Из этих 14 отправленных фотографий, как мы можем предположить, на сегодняшний день в фондах ИОКМ находятся 10.

Часть архивного наследия В. И. Иохельсона хранится в Иркутске, в фондах ИОКМ, ГАИО. Другая часть этого наследия находится в Американском музее естественной истории, в том числе и негативы (в фондах ИОКМ есть только фотографии).

Стоит сказать несколько слов о собрании фотографий Якутского края конца XIX – начала XX вв., которое сформировалось, благодаря работам И. В. Попова, В. Келлермана, К. Н. Глотова. Собрание включает в себя виды г. Якутска, Якутского острога, г. Олекминска, типы жителей Якутской области, виды жилищ, хозяйственные занятия, развлечения и др. Фонд особенно интересен исследователям, изучающим историю Якутии. Так 40 фотографий были отсняты для «Историко-культурного атласа Якутии» в 2006 г.

В фото-фонде музея имеется 184 снимка из экспедиции Ф. Я. Кона по Урянхайскому краю. Феликс Яковлевич Кон – известный политический деятель был осуждён на каторжные работы и ссылку в Сибирь, где прожил с 1886 по 1904 гг. Сначала он находился в Карийской тюрьме в Забайкальской области, затем его перевели в Якутскую область, где он начал серьёзно заниматься наукой, неофициально участвуя в Сибиряковской экспедиции. В конце 1895 г. он переселился в г. Минусинск, где ему после долгих прошений, при содействии ВСОРГО, разрешили организовать достаточно продолжительную экспедицию в Усинский край и Урянхайскую землю. Экспедиция Ф. Я. Кона в Урянхайский край проходила с февраля 1902 до середины августа 1903 г.

Всё фотособрание Ф. Я. Кона в Иркутском краеведческом музее подразделяется на темы: типы (38 фотографий); виды (37); шаманизм (10); ламаизм (44); жилище (3); рыболовство (1); охота (1); костюм (2); животноводство (7); кочевание (1); торговля-мена (7); народные празднества и развлечения (5); археология (6); русское население (16).

Ф. Кон обращал особое внимание на антропологический тип изучаемого населения, поэтому самой представительной среди фотографий является группа «типы». В основном это групповые, реже портретные, фото семейств, чиновников почти всех групп сойот, а также монголов, тункинских бурят, русских (старообрядцев). Люди на фотографиях одеты в национальную повседневную, иногда праздничную одежду. Поэтому эти снимки более всего рассматриваются как этнографический источник, а только затем – антропологический.

В фотографиях раздела «виды» можно видеть почти весь маршрут исследователя. Это изображение природных ландшафтов, населённых пунктов, кочевий. Самой многочисленной группой являются фотографии по теме «ламаизм» и «шаманизм». Это изображение ойнарского и сальджакского куреней, различного рода жертвенников, представителей духовенства, праздник «Майдари», портретные фото шаманов и шаманок в полном облачении, шаманских принадлежностей. Также Ф. Кон зафиксировал сцены хозяйственной жизни жителей исследуемой им территории. Данная коллекция достаточно полно отражает материальную и духовную культуру тувинцев и является одной из самых востребованных у исследователей.

В начале XX в. в Иркутске было достаточно много людей, занимавшихся фотографией – как фотографов, имевших свои фотомастерские, так и фотографов-любителей, для которых фотография была увлечением. Творческий потенциал фотографов-любителей был достаточно высок. В центральной России уже создавались общества, которые способствовали активизации коллективной работы разрозненных фотомастеров. Вот и в Иркутске появился учитель, фотограф-любитель Иннокентий Портнягин, который выступил с инициативой создания Иркутского фотографического общества. 23 октября 1908 г. иркутская губернская администрация утвердила Устав Иркутского фотографического общества, призванного содействовать развитию фотографического дела в городе. Первым председателем общества был избран И. М. Портнягин. Общество существует и в наши дни – в октябре 2008 г. оно праздновало своё столетие.

В фондах ИОКМ хранятся фотоколлекции, посвященные истории становления Советской власти, событиям Гражданской войны, партизанскому движению. В связи со вновь возросшим интересом к событиям гражданской войны, пересмотром некоторых событий этого времени, изменением взгляда на роль отдельных личностей в истории этого смутного времени фонд, посвящённый данной теме, стал одним из самых запрашиваемых. Особенно часто мы предоставляем фотоматериалы, связанные с личностью А. В. Колчака, временем пребывания белочехов в Иркутске.

В 1920 г. музей ВСОРГО был национализирован и передан государству. Однако вплоть до 1937 г. фактически вся работа музея находилась под опекой и научным руководством членов ВСОРГО и профессуры Иркутского университета. В этот период в музее работали ученые-исследователи Б. Петри, Н. Козьмин, Г. Виноградов и их ученики: М. Герасимов, Г. Дебец, Г. Сосновский, А. Окладников, П. Г. Полтораднев, П. П. Хороших, заложившие позднее основы фундаментального изучения новых направлений в истории, создавшие свои научные школы.

Отлаженные связи и творческое взаимодействие членов ВСОРГО, иркутской профессуры и штатных сотрудников музея окончательно нарушились в 1937 г., когда большинство исследователей и ВСОРГО, и музея были физически уничтожены. Оставшиеся в живых были вынуждены покинуть Иркутск или отправились в административную ссылку. Географическое общество в 1936 г. было закрыто. Уцелевшие сотрудники музея в годы Великой Отечественной войны ушли на фронт.

В период до 1937 г. фото-фонд, в основном, пополнялся коллекциями, отражающими работы по благоустройству города, а также серией снимков по этнографии народов Сибири, проживающих на территории Иркутской области.

После окончания войны в Иркутске продолжили свою работу П. Хороших, Л. Иваньев, В. Подгорбунский, М. Одинцов, Н. Флоренсов, И. Арембовский, В. Скалон. Их усилиями был восстановлен Восточно-Сибирский отдел Географического общества. Начались регулярные заседания, обсуждение научных проблем, научные консультации по краеведению. Многое было сделано для организации краеведческой работы в школах и на предприятиях.

50-70-е годы ХХ в. – это начало грандиозных строек, сооружение каскада гидростанций на Ангаре и других сибирских реках. В тайге возникали новые города и посёлки, заводы и фабрики. Резко расширился объем собирательской работы сотрудников музея. Сотрудники Иркутского областного краеведческого музея объехали практически все районы обширной Иркутской области. В ряде районов в течение многих лет работали стационарные экспедиции или отдельные мобильные группы исследователей, и практически во всех экспедициях принимали участие штатные фотографы музея. В результате их работы образовался многотысячный фонд, отражающий социально-экономическую жизнь байкальского региона в период грандиозных строек 50-70-х годов. По прошествии времени этот фонд приобретает всё большую ценность и становится своего рода памятником людям, посвятившим свою жизнь освоению и развитию Восточно-Сибирского края.

Музей постоянно принимает участие в реализации разного рода проектов, издании книг, предоставляя свои фотографии. Вот некоторые из них, не считая местных изданий: «Историко-культурный атлас Якутии» (Якутск, 2006 г.), «Урянхай. Тыва дептер» (Москва, 2008 г.), книга А. Г. Ефимова «Ижевцы и Воткинцы» (Ижевск, 2008 г.), а также съёмки документального фильма «Гашек в России» (Екатеринбург, 2008 г.), которые проводила студия «Уралфильм».

В завершение своего доклада хотелось бы рассказать о проекте, который дал новую жизнь многочисленным стеклонегативам ИОКМ. Музей с 1 ноября 2005 по 1 ноября 2006 г. участвовал в программе «Архивы в опасности», организованной и финансируемой Британской Национальной Библиотекой. Иркутский областной краеведческий музей был приглашён участвовать в проекте, так как в его распоряжении имеются ценные коллекции стеклянных негативов, на которых запечатлены коренные народы Восточной Сибири.

Учредителями проекта по оцифровке и сохранению фондов стеклянных негативов являлся Университет г. Абердина (Шотландия) и Красноярский Краевой Краеведческий Музей. Руководитель проекта – Д. Дж. Андерсон. В задачи проекта входили отбор, очистка, оцифровка, документация и консервация коллекции негативов на стеклянных пластинках, отражающих материальную и духовную культуру коренных народов Сибири. Согласно условиям проекта, Иркутский областной краеведческий музей должен был предоставить не более 500 файлов с изображениями. Важным принципом проекта является то, что авторское право – право издавать и продавать отсканированные изображения – остаётся за ИОКМ. Полный набор цифровых копий, созданных в ходе этого проекта, и документация будут находиться в Британской Библиотеке в Лондоне. Копии более низкого качества для быстрого просмотра будут предоставлены для доступа в сети Интернет и распространены по библиотекам и архивам, как в Сибири, так и на Западе.

Основная часть имеющихся в музее стеклянных негативов была зарегистрирована в Книге поступлений №8 в декабре 1953 г. Всего зарегистрирована 4971 стеклянная пластинка, из них 1025 с этнографическими сюжетами и 560 из экспедиций до 1925 г.

В результате первого этапа работы по проекту музей имеет научное описание 500 стеклянных негативов, около 90% которых никогда не публиковались и не экспонировались. Таким образом, появилась возможность использовать эти пережившие второе рождение негативы на выставках, в экспозициях, публикациях, в том числе, электронных. В первую очередь нами были обработаны негативы по этнографии, что было условием проекта. Среди негативов по этнографии основную часть составляют изображения эвенков Иркутской области, Красноярского края, Бурятии. Это, главным образом, негативы, привезенные из экспедиции П. Г. Полтораднева и П. П. Хороших на Нижнюю Тунгуску (1930 г.).

Петр Григорьевич Полтораднев был выпускником педагогического факультета Иркутского университета и с 1926 г. работал в музее хранителем археологического, бурят-монгольского и антропологического отделов. Тогда же он разработал специальную программу изучения оленеводства народов Севера, которую апробировал в экспедиции 1930 г. В 1929 г. он возглавил этнографический отдел, образовавшийся в результате слияния бурят-монгольского и отдела народов Севера. В 1930 г. стал учёным секретарем музея. В 1937 г. был репрессирован. П. П. Хороших был ассистентом ИГУ, товарищем председателя бурят-монгольской секции ВСОРГО. П. П. Хороших в 1920-е гг. провёл большую работу в области бурятской этнографии.

Экспедиция П. П. Хороших проходила летом и осенью 1930 г. (июнь-сентябрь) сплавом по реке Нижняя Тунгуска с её верховьев в границах современной Иркутской области до среднего течения реки в районе современной Туры (Эвенкия Красноярского края).

При близком знакомстве со стеклянными негативами стало очевидным, что их можно выделить в самостоятельную коллекцию. В коллекции ИОКМ нами обнаружено и отсканировано около 200 негативов из этой экспедиции. Примерно 180 из них относятся к теме «Этнография эвенков р. Нижняя Тунгуска», очень немногие – к теме «Этнография русских старожилов р. Нижняя Тунгуска».

Условно фотоматериалы экспедиции по теме «Этнография эвенков р. Нижняя Тунгуска» можно разделить на следующие блоки: фотопортреты жителей; хозяйственные занятия (охота, оленеводство, рыболовство); утварь; средства передвижения (нарты, лодки); типы стойбищ, жилых и хозяйственных построек; шаманство; советское строительство на Нижней Тунгуске. Все фотографии заслуживают самой высокой оценки: это мгновения жизни, которая неузнаваемо изменилась за прошедшие годы.

Среди негативов по этнографии в проект были включены и изображения тофов, сделанные в 1940 г. неизвестным фотографом. Всего по тофаларам найдено 14 пластинок (по темам охота, оленеводство, поселения, люди, диаграммы, показывающие рост производства в сельском хозяйстве).

Было обнаружено несколько негативов, предположительно, относящихся к этнографии кетов (енисейских остяков), всего девять пластинок. Предположительно, фотографии кетов могли быть сделаны в период Приполярной переписи 1926 – 1927 гг. регистратором Гиршфельдом. Гиршфельд работал на Енисее и Подкаменной Тунгуске, среди эвенков и кетов. На этих негативах мы видим рыболовов, вышедших летом к реке (возможно, Енисею или его притокам).

Большой пласт изученных материалов, около 135 единиц, составляют стеклонегативы и диапозитивы по этнографии бурят. Негативы бурят мы отнесли как к дореволюционному времени (таких немного), так и к началу советской власти (1920-е гг.). На них представлены буряты западные, или прибайкальские, восточные, или забайкальские, и тункинские.

Из отсканированных 500 стеклонегативов и диапозитивов около 170 посвящены теме русской этнографии, и лишь небольшая часть – советскому колхозному строительству 1920-х гг.

Около 10-15 пластинок из экспедиции П. Г. Полтораднева и П. П. Хороших летом и осенью 1930 г. и более позднего времени, 1935 или 1936 гг. (экспедиция проводилась в зимне-весеннее время), отражают быт русского старожильческого населения р. Нижняя Тунгуска. Например, вид старожильческого села Малое Корелино, озеро с виской, солеварни в районе Непы и Гаженки, водяные мельницы. Все эти фотографии, особенно по соляному промыслу, уникальны, – им нет аналогов.

Фото-фонд ИОКМ представляет собой богатое собрание фотографий и стелонегативов. Благодаря проекту, музей получил уникальную технику, дающую возможность просматривать, сканировать и печатать стеклянные и пленочные негативы, диапозитивы, фотографии. Особенно важно то, что у нас появилась возможность работать со стеклянными носителями, работа с которыми прежде была затруднена.

Несмотря на многие утраты, особенно в первое столетие своего существования, Иркутский областной краеведческий музей по объёму и составу своих собраний занимает лидирующее положение среди сибирских музеев и является одним из крупнейших музеев России. В настоящее время фонды музея составляют около 450 тыс. экспонатов (94 тыс. из них экспонаты фото-фонда), которые отражают историю развития Байкальской Сибири на протяжении 150 лет. Основная задача сотрудников музея состоит в том, чтобы сохранить, по достоинству оценить, систематизировать и изучить имеющиеся материалы. По прошествии времени работы фотографов приобретают всё большую значимость, а снятое на фотографию мгновение жизни, уже ушедший, порой становится для будущих поколений единственным источником, по которому можно составить представление о прошлом.

1 Сукачев В.П. Первая публичная библиотека и музеум в Иркутске // Сибирские вопросы. – 1905. – № 2. – С.51.

2 Иркутская летопись 1652-1856 гг. П. И. Пежемского и В. А. Кротова – Иркутск, 1911. – С.108.

3 Хороших П. П. Исторический очерк музея ВСОРГО (1854-1920 гг.) // Известия ВСОРГО - Т. L. – Вып. 1. – Иркутск, 1927. – С.125.

4 Корейша Я. Исторический очерк – Выпуск 2 – Иркутск, 1910 - С. 187-188.

5 Чарушин Н. А. О далеком прошлом – Москва, 1931 – С. 184.

6 Там же. С. 184

7 Там же. С. 184

8 Там же. С. 185

9 Там же. С. 185.

10 Там же. С. 186.

11 ГАИО Ф.293. Оп.1. Д.659. Иохельсон В.И., Богораз В.Г. Очерки зверопромышленности и торговли мехами в Колымском округе (1895-1896). Л.10.

12 Там же. Л. 11.

13 Там же. Л. 36.

14 Там же. Л. 6.

15 Там же. Л. 36.

16 Иохельсон В. Предварительный отчет об исследованиях инородцев Колымского и Верхоянского округов // Изв. ВСОИРГО – Иркутск,1899 – Т.29 – С. 46.

17 ГАИО. Ф.293. Оп.1. Д.659. Иохельсон В. И., Богораз В. Г. Очерки зверопромышленности и торговли мехами в Колымском округе (1895-1896). Л.47.

18 Там же. Л. 65.